Diana

Включаешь телевизор, CNN, BBC, Аль-Джазира, ну а там сплошные ужастики показывают: разрушенные дома, причитающие матери, окровавленные дети, и тела, тела, тела. Иногда правда и части тел, но поменьше. Самолеты на бреющем полете сбрасывают многотонные бомбы на обезумевших от страха детей и матерей, столп огня, фейерверк в небе, красное зарево, и опять тела, тела, тела … Ну и части тел тоже. И так по кругу. И кто же эти недочеловеки, эти злостные бактерии, которые наподобе кровожадных марсиан из “Война миров” на своих стальных треножниках безжалостно истребляют ни в чем неповинных ангелочков?
Оказывается, это мы с вами ….

А как же все начиналось?
Пару-тройку лет назад, правительство наше мудрое, посовещавшись, вынесло вердикт следующий:
- Дорогие братья наши младшие! По многочисленным просьбам трудящихся, рабочей интеллигенции и тружеников села, решили мы не смущать вас больше присутствием своим смердящим, не мозолить глаза ваши ясные носастыми физиономиями нашими, освободить вас от ига жидовского, живите себе весело и счастливо, плодитесь, размножайтесь, целину поднимайте, больницы стройте, университеты, грызите гранит науки, а главное - ни в чем себе не отказывайте.

Подогнали бульдозеров, стерли в порошок все признаки былого величия, подмели дворик, врата на замок, ключи под коврик, не поминайте лихом, и да поможет вам Бог…

Ну труженики села приободрились, воспряли духом, как мы их, крестоносцев, погнали, аж пятки сверкали. Знай наших… Только вот как теперь строить все это, с какого бока подходить, на какую кнопку нажимать?
Но тут бородатые парни в чалмах подвалили.

– Вы что, ребята, какие больницы, какие университеты? Вы что, во фраера записались? Под лохов косите? У вас тут под носом, каких-то сорок километров отсюда, и больницы, и университеты, и электростанции, и даже атомный реактор имеется. Переименуете университет в Шейх Ясина, больницу в Салахатдина, и грызите себе наздоровие гранит науки. Ну аж если и побалагурить захочется, то и в Тель Авив махнуть можно, поотрываться всю ночь во Флорентине под звуки дарбуки, наргилу на Дизенгофе покуривать, бурекасом в Абу-Лафи догоняться. Ну как идейка, подходит?

- Гoвно вопрос! – оживились труженики села. – Вот только мысля одна мучает нас, спать не даёт, как нам все это богатство-то заполучить? Народец-то этот вредный, упрямый, без выгоды ничего просто так не отдаст.

- Ну это вы уже нам оставьте, - говорят парни в чалмах. – вот вам пять тысяч “Градов”, десять тысяч “Катюшь”, сотню тон тротила. Выроем вам землянки, сидите себе там, чаёк попивайте, в шахматишки перекидывайтесь, только изредка вот на эту кнопочку нажимайте, посылочку тротиловyю посылайте с надписью, “Дорогие евреи !!! Учитесь плавать поскорее. Искренне Ваши. Труженики Газы”. Ну те грамотные, читать умеют, народ книги все-таки. Ну а если почерк не разберут, могут конечно треножников стальных и тарелок летающих подогнать, только вреда никакого вашим землянкам причинить они не смогут, только шума да фейерверков наделать, а уж если и разьебут по ошибке домик с жёнами вашими и детишками, мы уж тут репортеров со всего мира подгоним, с камерами большими и обьективами длиннющими, вы уж там у них на глазах попричитаете, трупиками детишек в воздухе помашете, окровавленные телища жен своих напоказ выставите, только поэффектней так, побольше слез, проклятий, и тела, тела, тела …
Ужаснется мир, заголосит, петициями гневными неверных закидает. Не снесут они позора, деяний своих чудовищных, разбегутся как крысы с корабля. Ну а мы уж вам каждому по 70 девственниц с Шенкина пригоним, да таких, что жены ваши окровавленные вам как кошмарным сном будут. Так что давайте, отращивайте бороды, засучивайте рукава, и за работу. Работа не пыльная, хорошо оплачиваемая, расчет наличными. Будем вместе строить исламский халифат от Иордана до Днепра.
И понеслось….

- Реакция Израиля на безобидные обстрелы совершенно неоправданна и непропорциаональна. – голосит сердобольная правозашитница по Аль-Джазире. – За время операции погибло больше тысячи мирных палестинцев. А ваших всего 13! Это противоречит всем международным конвенциям! Это геноцид! Всех под суд!

И действительно, права старушка. 1150:13 !! Где это видано! Неслыханно! Всех под трибунал! В одну камеру с Эйхманом! На виселицу! Как мы, такое развитое и просвященное государство, могли допустить такой несправедливости! Уже столько лет бедные братья наши меньшие, пыжатся, тужатся, из кожи вон лезут, тысячью ракетами нас заваливают, металл переводят, тротил качественный на ветер спускают, а все без толку. Нет же, евреи эти хитрые, вместо того чтобы в шеренги ровные выстраиваться, и отдавать честь каждой прилетающей Катюше, понапридумывали системы всякие хитровыебанные, громкоговорителей понаставили, бетонад понастроили, за 15 секунд, видишь ли, сирены зловещие всех оповещают об очередной посылке из города-побратима. Вот и носятся они, окаянные, уже столько лет, как белки в колесе, из убежища в убежище, и не берет их ничего, проклятых.
И это вместо того чтоб поделиться накопленным опытом с братским народом, дальность ракет увеличить, взрывчатки добавить, точность улучшить, камерами оснастить, специалистов прислать, квалификацию поднять местным умельцам. Недочеловеки! Рак на теле человечества! Нет чтоб заполнить стадионы, согнать туда женщин и детей, извините, мол, сударыни, ничего поделать не можем, мы по очкам проигрываем, по CNN плохо смотримся, что же это такое, у них тела, тела, тела, а у нас старушка на экране плачет, жалуется что ей чепчик тротилом запачкало, весь мир над нами смеется. Мы так не можем, мы же честные, у нас все должно быть по конвенциям… Ну и отключить сирены эти назойливые, набрать мобилу храбрым тимуровцам что в землянках, давайте, мол, братцы, пуляйте, будем играть на равных…

Опять Аль-Джазира. Мохнатый бородач, окруженный целой толпой таких же бородачей, держит на руках тело двухлетнего ребенка. В голове дырка от пули, запекшаяся кровь. Ребенок, как ни странно, мертв.
- Барак, что тебе сделал этот ребенок?, - громогласно сотрясает воздух бородач, пытаясь засунуть палец в простреленный черепок. - Чем он тебе навредил? - все вокруг удивляются, действительно, чем. Потом откладывает его в сторону, подходит к небольшому столу, на нем штабелями лежат еще несколько трупиков, детей лет четырех, пяти. Берет первого попавшегося, тычет пальцем в пулевое отверстие, болтает его из стороны в сторону. – А этот что тебе сделал? - бросает в сторону, хватает другого, - А этот? – и вновь сотрясает воздух безжизненным тельцем. Толпа безмолвствует, вопросительно смотря Бараку в глаза, диктор молчит, мир рыдает. Вот так вот идет борьба за общественное мнение. Они победили…

Но коротка память человеческая. За последнее десятилетие, медленно но верно, без единого осуждения и гневной петиции, погибло более тысячи человек. На улицах и в домах, в автобусам и поездах, в кафе и ресторанах, на свадьбах и бармицвах, на праздники и в будни, и днем и ночью, не переставая гибли женчины и дети, военные и мирные жители, все кто попадался под руку бойцам невидимого фронта. Заходя в автобус, ты не знал доедешь ли до пункта назначения, или же тебя будут вынимать по кусочкам люди в белых халатах, соскабливая с сидения прилипшие к нему мозги; стоя в очереди в ночной клуб, у тебя не было никакой уверенности в том что стоящий впереди парень в надувной куртке не разлетится на тысячи кусочков, наградив всех стоящих таким количеством гвоздей и железных шариков, что пройти металлоискатель без оглушительного звона уже никому никогда не светит. А поедая суп в ресторане и наблюдая свое отражение в тарелке, не было никакой уверенности что в следующее мгновение ты не будешь наблюдать в нем собственные глаза, плавающие вперемешку с оторванным ухом…

Ну а с другой стороны, какие же мы мирные люди? Какие тут конвенции? Что ищем мы в ночных клубах, кроме как потанцевать на палестинской крови? Что поедаем мы в ресторанах, кроме как супов деликатесных из детей палестинских, запивая процеженной, по специальному рецепту настоянной, алой крови тех же детишек? Какой участи можем мы еще ожидать, какой пошады можем мы еще просить, кроме жестокой кары, беспощадной и вездесущей?

Вот и носились по стране неуловимые мстители, сокрушая всё на своем пути.
Под покровом ночи проникнув в дом, храбрый спартанец хладнокровно убивает мать и четверых детей. В синагоге араб хладнокровно расстреливает подростков во время молитвы. Праздничный пасхальный вечер превращается в кровавое месиво. Специально смонтированный местными умельцами снаряд как масло прошивает автобус с детьми, отрывая им ступни. Но мир молчал, втихаря нам симпатизируя, лишь призывая к сдержанности и ненасилию. И мы сдерживались, не сотрясая воздух оторванными ступнями, вот, мол, смотрите, 2:2, ничья….

Мы проиграли. Нету больше симпатий и участия, только гнев и проклятия со всех сторон. Петиция за петицией, ассамблея на ассамблее, бойкот на бойкоте.
Но мы живы. И за себя постояли. И не ушли, оплеванные, понуро опустив глаза в землю. И это главное.

стибрено у моего друга http://kobi-kobi.livejournal.com/profile , с его согласия :)

Current Mood: productive

Advertisement

Advertisement